Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Грин, Саймон - Грин - Хок и Фишер

Фантастика >> Зарубежная фантастика >> Грин, Саймон
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Саймон Р.Грин. Хок и Фишер



     Simon R. Green (Саймон Р. Грин)

     Hawk & Fisher (1990) (Series: Hawk and Fisher #1)

     Хок и Фишер (Серия: Хок и Фишер #1)

     Файл из Библиотеки Луки Бомануара: afrael.i-am.ru.

     Сканирование Avalon, вычитка и компоновка Avalon
1. ТАИНСТВЕННЫЙ МРАК


     Хейвен - мрачный город.

     Узкие его улочки перемежаются между собой, незамысловатые каменные и деревянные дома подпирают друг друга, словно ища поддержки. Лишенные опоры верхние этажи нависают над улицей, как усталые старики. Освещение отсутствует, но даже в сумерках заметно, что воздух дрожит от невыносимой жары. Хейвен - город портовый, и дожди здесь не редкость, однако не в разгар лета, когда полдень тянется бесконечно, а изнуряющая жара превращает его в настоящую пытку для людей из-за обильного пота, жажды и страшной усталости. Днем слишком жарко, чтобы работать, а ночная духота мешает уснуть. Беспощадное солнце выпарило последние остатки влаги. Иссушенные пыльные улицы наполнило надоедливое жужжание мух. Люди в эти дни становятся раздражительными, нервными, но у них нет сил на ссоры и драки. Все с надеждой посматривают на небо, где только изредка проносятся птицы и, увы, нет никакого намека на дождевую тучу... Тяжело живется в Хейвене летом. Жара сводит человека с ума и пробуждает спящих демонов. Все мечтают о дожде, а долгое горячее лето тянется неумолимо-изнуряюще.

     Мужчина и женщина, капитаны городской Стражи, неспешно шли по Чандлер Лейн. Темная сумрачная улочка в самом сердце Северной окраины Хейвена казалась чуть прохладнее остальных - жару здесь кое-как можно перетерпеть. Мухи роились над кучами мусора и открытыми канализационными люками. Приземистые уродливые дома совсем почернели от сажи, которую в изобилии выкидывал расположенный неподалеку кожевенный завод. В воздухе - резкий запах дыма и химикатов.

     Высокого, смуглого и, пожалуй, не слишком привлекательного мужчину звали Хок. Черная шелковая повязка на лице закрывала правый глаз. Практически всю правую сторону лица покрывала белая сетка старых шрамов. На Хоке - простая хлопковая рубашка и такие же брюки. Для предписанного уставом черного плаща слишком жарко. Впрочем, Хок и не нуждался в форме Стража. Капитана в Хейвене знал каждый.

     На первый взгляд он не казался особенно сильным, скорее худым и жилистым. Черные, до плеч волосы скреплялись серебряной заколкой. Хотя Хоку недавно исполнилось тридцать, в волосах уже поблескивала седина, В общем, это был обычный, не очень уже молодой человек. Правда, первое впечатление от Хока обманчиво: покрытое шрамами лицо и единственный глаз быстро заставляли трезветь самых безнадежных пьяниц. На правом боку Хока - топор на короткой рукоятке вместо положенного по уставу меча. Это оружие он выбрал по своему вкусу.

     Капитан Изабель Фишер шла рядом, синхронно повторяя его движения с уверенностью старого напарника. Она была высокого роста - почти шесть футов. Длинная золотистая коса спускалась ей на грудь. Фишер тоже уже под тридцать, и она выглядела скорее привлекательной, чем красивой. Резко очерченные скулы контрастировали с глубокими синими глазами и чувственной линией рта. Как и Хок, она носила хлопковую рубашку и брюки и не надевала форменного плаща. Расстегнутая до пояса рубашка почти обнажала грудь, а закатанные рукава открывали мускулистые, покрытые шрамами руки. Левая рука привычно лежала на эфесе меча.

     Капитаны городской Стражи Хок и Фишер - напарники, супруги, люди в Хейвене известные и уважаемые - наводили страх даже на обитателей Северной окраины, куда в поисках убежища стекались отбросы общества. Они считались лучшими Стражами города, и это признавали все. Кроме того, что они были честными и любили работу (сочетание, для Хейвена просто немыслимое), они слыли еще и искусными бойцами.

     Хок огляделся и слегка нахмурился. Чандлер Лейн выглядела подозрительно пустынной, нигде не было видно ни души. День клонился к вечеру, и торговля в эти часы обычно была в полном разгаре. На Северной окраине, кстати, можно купить что угодно, надо только знать, где искать. Но сейчас все двери и ставни закрыты, несмотря на удушающую жару. Тени лежали неподвижно. Улица, казалось, замерла.

     Хок усмехнулся: если осведомитель не ошибся, скоро здесь станет еще жарче.

     - Сегодня полнолуние, - спокойно заметила Фишер.

     - Да, вся нечисть вылезет наружу, - кивнул Хок. - Хотя я не понимаю, у кого в такую жару еще хватает сил на преступления?

     - И снова мы рыщем, словно гончие, посланные хозяином.

     - Не говори на эту тему, Изабель, пожалуйста. Наверняка он прячется здесь, в конце улицы. Нам надо это проверить.

     Но Фишер уже понесло.

     - Три месяца, - сердито сказала она, - целых три месяца мы с тобой бились над разрешением важнейшей для Хейвена проблемы детской проституции, И что в итоге? Стоило нам только приблизиться к разгадке, - и сверху спускают новый приказ: нас бросают на поиски какого-то вампира!

     - Действительно, - согласился Хок. - И дернула нас нелегкая оказаться тогда в "Голове Пони". Будь я проклят, если еще когда-нибудь забреду туда.

     "Голова Пони" - обычная забегаловка на Солт Лейн в районе трущоб Восточной окраины. На верхнем этаже располагался бордель, привлекавший любителей побаловаться с детишками. Плати - и никаких вопросов. Детская проституция строжайше запрещалась законом, но кое-кто был сильно заинтересован, чтобы заведение функционировало бесперебойно. Разумеется, "Голова Пони" стремилась работать, не привлекая к себе лишнего внимания. Но однажды владельцы борделя допустили грубую ошибку. Они попытались дать взятку неподкупным Стражам. Хок и Фишер решили прикрыть эту дыру.

     Парень у двери преградил им путь. Хок резко ударил его в солнечное сплетение. Парень, охнув, медленно согнулся почти пополам. Фишер выждала подходящий момент и врезала ему кулаком в подбородок. Парень рухнул, не издав ни звука. Хок и Фишер осторожно перешагнули через пего, выбили дверь и ворвались к "Голову Пони".

     В зале повисла мертвая тишина. Табачный дым клубами поднимался к потолку. У сидящих за столиками глаза блестели от страха и сдерживаемой ярости. Хок и Фишер, пройдя через прокуренный зал, начали подниматься на второй этаж. Посетители боязливо уступали им дорогу. На ступеньках лестницы их все-таки встретили трое мускулистых парней из тех, что умеют обращаться с мечом. Двоих зарубил Хок, а третьего проткнула насквозь Фишер. Перешагнув через трупы, они поднялись наверх. Там стояла тишина. Все комнаты были пустые. Посетители борделя скрылись.

     Но одна проститутка не смогла сбежать - Хок нашел ее в последней комнате. В шелковой рваной рубашке явно большего размера, с толстым слоем грима на лице, девочка сидела на кровати, прикованная цепью к стене; на спине ее алели рубцы от хлыста. Уткнувшись лицом в колени, она тихо плакала. Девочка выглядела не старше двенадцати лет.

     Фишер, вошедшая в комнату следом за своим напарником, тихо выругалась, увидев эту сцену. Цепь оказалась слишком прочной, и Хоку пришлось топором выбить болт из стены. Фишер попыталась успокоить девочку, которая от страха дрожала и не могла толком ничего рассказать. Ее схватили на улице два года назад, приволокли в эту комнату и приковали к степс. С тех пор она не выходит отсюда. Стражи объяснили ей, что она свободна, но девочка их не понимала.

     - Ко мне приходит мужчина, - твердила она. - Он и сегодня приходил. Он меня никогда не отпустит. Меня никто не сможет защитить. Ни один человек... Мой гость - слишком важная персона.

     Девочка не знала имени своего господина. Через два дня ее убили на улице. Убийце удалось скрыться.

     Хока и Фишер официально отстранили от дела и направили на поиски таинственного вампира, терроризировавшего Северную окраину. Они, конечно, обиделись на начальство, поворчали насчет того, что нора уже бросить свою чертову работу, по, разумеется, подчинились приказу, исходившему от самого высшего начальства, - ведь спорить в таких случаях бесполезно.

     Дело об убийстве девочки Хок и Фишер оставили до лучших времен.

     Между тем подтверждалось, что вампир существует: по ночам кто-то нападал на мужчин, женщин, детей, а утром их тела находили на улице без единой капли крови. Подозревали многих, но ни одна из версий не подтвердилась. Однажды к Стражам пришел фонарщик и дрожащим от страха голосом рассказал о мрачной фигуре, которую он видел в окне дома на Чандлер Лейн.

     - В Хейвене полно Стражей, - проворчала Фишер. - Надо же было этому идиоту прийти именно к нам!

     - Мы же с тобой лучшие, - шутливо ответил ей Хок. - Мы же не боимся никого. Даже вампира.

     - Нам давно пора занять вторые роли, - фыркнула Изабель.

     - Только не мне, - возразил Хок. - И не тебе.

     Она рассмеялась. Веселый смех прозвучал на всю улицу, и Хок впервые понял, какая мертвая тишина простиралась вокруг. Казалось, они идут по брошенной жителями деревне, которая еще не успела зарасти лесом. Единственный звук, нарушавший тишину, - звук их шагов, эхом отдававшийся от мрачных стен. Несмотря на жару, Хок почувствовал, что по спине забегали мурашки, а испарина, выступившая на лбу, внезапно стала ледяной. Он сердито встряхнул головой - неподходящее время для нервного срыва.

     Наконец Стражи подошли к ветхому двухэтажному домику, расположенному в самом конце улочки. Краска с дверей облезла, штукатурка местами обвалилась. Два узких окошка плотно закрыты деревянными ставнями. Хок, внимательно осмотревшись, нахмурился. В доме творилось что-то непонятное, вызывающее тревогу. Существуют звуки, тихие настолько, что их почти невозможно услышать, можно лишь ощутить. Хок положил руку на рукоять своего топора.

     Вампир... убийца, который возвращается...

     Хок встречался и с оборотнями, и с демонами, и с русалками, они узнали силу его топора. Ему не надо было доказывать, что в настоящем мире есть еще загадочные существа, которые наверняка древнее человека... Но он никогда не видел живых мертвых, даже не верил в их существование.

     - Итак?.. - спросила Фишер.

     - Что "итак"? - сердито огрызнулся Хок.

     - Итак, мы собираемся простоять здесь весь день или все-таки что-нибудь предпримем? Разве ты не заметил - солнце уже чертовски низко. Через час наступит темень хоть глаз выколи. И если там действительно вампир...

     - Конечно, мертвые встают из гробов после захода солнца.

     Хок ободряюще улыбнулся, заметив, что рука жены тоже покрылась гусиной кожей. Он подошел к двери и ударил по ней кулаком.

     - Именем Закона, откройте!

     Ответа не последовало. Тишина окутывала пустую улицу плотным одеялом, а жара, казалось, придавила все вокруг. Хок тыльной стороной руки вытер пот, струившийся по лбу. Ему вдруг подумалось, что в особо опасных случаях Уставом предписывалось вызывать подкрепление, но времени на это у них сейчас не было. Они должны захватить вампира во время сна. Пока он убивал нищих и безродных, на него не обращали внимания. Но теперь вампир обнаглел и украл дочь Советника Треска прямо из ее спальни на глазах у потрясенной матери... Вот почему на поиски вампира брошены лучшие силы. Хок закусил губу. Девочка наверняка еще жива. Вампирам требуется два-три дня, чтобы высосать полностью кровь из жертвы. Сама жертва превращается в вампира после того, как умрет и встанет из гроба. По крайней мере, во всех книгах утверждалось именно так. Хок хмыкнул - не доверял он подобной писанине.

     - Нам бы стоило запастись чесноком, - внезапно произнес он. - Кажется, это помогает?

     - Чеснок? В такое время года? Знаешь, сколько он стоит на рынке? От нынешней жары все выгорело, и торговцы пользуются нашим бедствием.

     - Ладно, не кипятись, я просто вспомнил, - примирительно произнес Хок. - Боярышник вроде тоже помогает.

     - Определенно.

     - Надеюсь, кол взять с собой ты не забыла? Без кола я туда не войду.

     - Расслабься, милый. Конечно, я не забыла. - Фишер вытащила тонкий деревянный кол из-за голенища сапога. Он был примерно с фут длиной и тщательно заострен. Выглядело такое оружие вполне по-боевому, - Как я представляю, - продолжала Фишер, - все очень просто. Я вонзаю кол в сердце, а ты отсекаешь голову. Мы раздельно сжигаем обе части тела, развеиваем пепел, и все.

     - Да, примерно так, - согласился Хок. Он помолчал, глядя на закрытую дверь, и спросил:

     - А ты когда-нибудь видела самого Треска и его дочь?

     - Треска я видела вчера на брифинге, - ответила Фишер. - Выглядел он ужасно.

     - А я встретил несколько месяцев назад его дочь. Взглянул на нее мельком. Я тогда был телохранителем Советника де Джорджа. Ей исполнилось шестнадцать, она была такой... яркой, яркой и счастливой. Фишер взяла мужа за руку.

     - Мы вернем ее, Хок, - проговорила она. - Мы найдем ее.

     - Да, конечно.

     Он снова ударил в дверь. Звук разнесся по улочке и замер. В доме царила тишина, в соседних домах - тоже. Хок огляделся - на улочке по-прежнему никакого движения. Чутье подсказывало ему, что опасность рядом. За четыре года службы у него развилось особое "шестое" чувство, иначе он не был бы Стражем.

     - Ладно, - наконец сказал Хок, - входим. Только внимательно следи за тылом, девочка. Мы действуем по инструкции, но бдительность не помешает. Правильно?

     - Правильно, - согласилась Фишер. - Мы в безопасности, пока не село солнце. Вампиры не покидают свое убежище до его захода.

     - Да, конечно, но у большинства из них есть слуги - люди, которые присматривают за ними, когда они спят. Вроде телохранителей, помогающих расправиться с жертвами.

     - Ты читал о таких случаях?

     - Разумеется. Сразу же, как стали распространяться первые слухи. Я не собираюсь попасть впросак, хватит прошлогодней истории с оборотнем.

     Хок нажал на ручку двери, она легко повернулась, и дверь медленно открылась. Петли предательски скрипнули - Хок от неожиданности вздрогнул. Широко распахнув дверь, оглядел пустой и темный холл. Никакого движения в сумраке, тени лежат неподвижно. Фишер осторожно двинулась следом за мужем, держа руку на эфесе.

     - Будто нас ждали...

     - Давай войдем, - предложила Фишер. - У меня плохие предчувствия.

     Они вступили в холл и закрыли за собой дверь, оставив небольшую щель на случай, если придется уносить ноги. С минуту стояли в полумраке холла, привыкая к темноте. У Хока в кармане лежали свечи, но без особой нужды он не собирался ими пользоваться: в любой момент свеча могла погаснуть, и тогда они станут совершенно слепыми и беспомощными. Лучше привыкнуть к окружающей обстановке, пока возможно.

     Хок услышал осторожные шаги Изабель за своей спиной и улыбнулся: он ведь знал о ее состоянии - терпеливо ждать развития событий не в их привычке, оба чувствовали себя увереннее в действии. Хок огляделся. В полумраке холла могло скрываться и наблюдать за ними любое существо, тогда как они обнаружить его были не в силах. Хок, почувствовав, что опять напрягается, заставил себя расслабиться, задышав редко и глубоко. То, что пряталось в темноте, было ему не страшно, - с ним его топор, а Изабель прочно прикрывает тыл. Остальное неважно... Его глаза наконец привыкли к темноте, различая очертания узкого холла. Там абсолютно пусто. Хок немного успокоился.

     - Ты в порядке? - прошептал он жене.

     - Нормально, - ответила она, - Пошли дальше.

     В конце холла - простая деревянная лестница, которая вела на второй этаж. По обе стороны от нее двери. Хок вытащил топор и держал его в руках. Привычная тяжесть оружия придавала уверенность. Он покосился на Фишер и улыбнулся, заметив, что и она тоже приготовилась к бою. Хок сделал ей знак двигаться к правой двери, а сам направился к левой. Она кивнула и осторожно ступила направо.

     Хок прислушался, повернув ручку, слегка приоткрыл дверь, а потом распахнул ее одним ударом и стремительно вбежал в комнату, держа топор наготове. Комната оказалась абсолютно пустой: мебели нет, на голые стены сквозь щели в ставнях падали отблески заходящего солнца. Плесень в углах, толстый слой пыли на. полу - все указывало на то, что здесь давно никого не было. Хок медленно двинулся вперед, под его тяжестью заскрипели старые половицы. К сильному запаху пыли и плесени примешивался слабый, но тошнотворный запах разложения, будто в доме давно лежало что-то мертвое. Хок принюхался - может, это ему только кажется. Он быстро обошел комнату, выстукивал стены в поисках скрытых помещений, но ничего не обнаружил. Вышел на середину, снова все тщательно осмотрел и вернулся в холл.

     Фишер уже ждала его. Хок покачал головой, и она слегка разочарованно пожала плечами. Он улыбнулся. То, что Изабель никого не нашла, он уже понял, иначе поднялся бы такой шум! Понятие дипломатии было ей неведомо. Хок двинулся к лестнице, Фишер последовала за ним.

     Старые деревянные ступени скрипели и прогибались под их ногами. Хок нахмурился: если у вампира есть помощник, то он уже знает об их присутствии. В этом доме тихо не пройдешь. Перескочив несколько ступеней, Хок остановился в коридоре. Здесь он почувствовал себя увереннее - места для боя предостаточно. На полу все та же пыль и многочисленные следы крыс. Направо по коридору виднелись две двери. Тут царил сумрак, как и на первом этаже, и Хок опять вспомнил о свечах и опять не решился ими воспользоваться. Свет выдаст их непременно. Он подошел к первой двери и прислушался. За дверью царила все та же тишина. Хок мрачно усмехнулся: наверное, он превратится к сумасшедшего прежде, чем кого-нибудь найдет в этом проклятом доме. Повернулся к Изабель и сделал ей знак следовать за ним. Она понимающе кивнула.

     Он ворвался в комнату, держа топор наготове. По и здесь тоже никого не оказалось.

     "Словно гончие, посланные хозяином..." - слова жены всплыли в его памяти.

     При слабом свете, пробивавшемся сквозь щели ставен, Хок различил большой шкаф слева от себя и кровать справа. Возле кровати стоял большой сундук. Хок подозрительно покосился на него. Сундук был добрых четыре фута в длину и три фута в ширину - вполне подходящие размеры для трупа. Хок вздохнул: нравится ему или нет, а комнату придется осмотреть тщательно. Оглядевшись, он заметил старую масляную лампу, валявшуюся у кровати. Наклонился, поднял ее и встряхнул. В лампе что-то булькнуло. Хок сжал губы. Дом мог быть и впрямь брошенным, но кто-то его посетил совсем недавно. Достал кремень и зажег лампу. От золотого огонька комната стала меньше, не такой страшной.

     Хок подошел к сундуку и присел перед ним. На сундуке не было никаких замков или болтов. Он взглянул на Фишер, которая уже приготовила кол, и рывком откинул крышку. Оба еле сдержали издох разочарования. Сундук оказался заполненным истлевшим постельным бельем, покрытым плесенью. Хок осторожно переворошил его, не обнаружив ничего подозрительного, вытер руки.

     Такие предосторожности начинали действовать ему на нервы: он внезапно ощутил желание покинуть комнату и бежать вон из дома, прекратив поиск девчонки, хотя знал, что никогда не сделает этого. Отступать, скорее всего, уже поздно. Слуги вампира просто не позволят им уйти. Нужно двигаться дальше, тщательно и скрупулезно обследуя все помещения - комнату за комнатой, вещь за вещью... Они должны быть предельно бдительными - тогда у них с Фишер есть шанс выбраться отсюда живыми.

     Хок опустился на колени и заглянул под кропать. Большой мохнатый паук, привлеченный светом лампы, выскочил прямо на него. Хок от неожиданности отпрянул, чуть не упав. Паук быстро скрылся в темноте. Хок сердито покосился на Фишер, которая и не пыталась скрыть улыбки. Обнаружить под кроватью что-нибудь, кроме пыли, не удалось.

     Оставалось осмотреть только шкаф, хотя и он казался неопасным. Хок, поднявшись с пола, поставил лампу на сундук и подошел к шкафу - добротному, старинному, семи футов в высоту и четырех футов в ширину. "Интересно, как они затащили сюда такую громадину?" - подумал Хок. Он взялся за ручку и, жестом приказав Фишер быть наготове, рывком открыл дверцы. В шкафу висела обнаженная девочка-подросток: глаза широко раскрыты, но она уже давно мертва. На шее виднелись две небольшие ранки, ярко-красные на бледной коже. Стальной крюк пронзил ее плечо возле ключицы. Крови вокруг рапы нет, значит, ее повесили в шкаф уже мертвой. Хок сглотнул слюну и прикоснулся к плечу девочки. Тело ледяное.

     - Черт возьми, - пробормотал он.

     - Это она, да? - спросила Фишер. - Дочь Советника Треска?

     - Да, это она.

     - Вампир, наверное, голоден или жаден. Я сомневаюсь, что в теле осталась хоть капля крови.

     - Взгляни на псе, - с горечью произнес Хок. - Ей всего шестнадцать лет, а она, бедняжка, висит на крюке, словно кусок мяса. Девочка была очаровательной, жизнерадостной... Она не заслужила подобной смерти. Никто не заслуживает такой смерти.

     - Спокойнее, - тихо сказала Фишер. - Будем надеяться, милый, что поймаем ублюдка. Теперь давай снимем девочку с крюка,

     - Что?!

     - Мы должны вытащить ее из шкафа, Хок. Она ведь умерла от укуса вампира, поэтому, оставшись здесь, может превратиться в оборотня. Надо избавить се от подобной участи.

     - Да, разумеется, - согласился Хок.

     Они положили девочку на кровать: Хок попытался закрыть ей глаза, но безуспешно. Тогда Фишер достала две монеты и приложила их к векам умершей.

     - Я не знал се имени, - сказал Хок. - Дли меня она была просто дочерью Советника.

     Он не успел ничего добавить, потому что кто-то, тяжелый и сильный, набросился на него сзади. Хок оказался на полу, топор выпал из его рук. Изловчившись, он ударил нападавшего под ребра, освободился и дотянулся до топора. Неизвестный, шатаясь, поднялся и, приблизившись к Фишер, схватил ее за руку. Костлявые пальцы буквально впились в кожу, и Изабель закричала. Меч выпал из се сведенных болью пальцев. Неизвестный оказался силен, невероятно силен, и ей никак не удавалось освободиться от его хватки.

     И вдруг он сам отбросил се от себя. Фишер, ударившись о стену, медленно сползла на пол. На помощь ей с топором в руке бросился Хок, хотел уже нанести удар, но в последний момент замер, как вкопанный.

     - Треск...

     Да, перед ним стоял Советник, Чуть ниже среднего роста, болезненно худ, глаза на его изможденном лице горели безумным огнем.

     - Она же была твоей дочерью, ублюдок! - взревел Хок. - Твоей дочерью!

     - Она будет жить вечно! - спокойно ответил Треск. - И я тоже. Мой хозяин обещал мне. Моя дочь сначала боялась, она не понимала. Со временем поймет: мы никогда не постареем, никогда не умрем, не ляжем в холодную землю, останемся сильными и могущественными, все будут бояться нас. Я только защищаю хозяина от таких, как вы!..

     С последними словами Треск опять ринулся в атаку, но Хок выставил перед собой топор, защитился, а затем нанес удар, вложив в него всю силу. Широкое металлическое лезвие вонзилось Советнику между ребер. Закричав от боли и ярости, тот упал на кровать. Хок рывком освободил топор и занес его для нового удара. Треск взглянул на свой бок и увидел кровь, хлещущую из раны. Окунув пальцы в красную жидкость, он поднес их ко рту и тщательно облизал. Хок от неожиданности опустил топор, и Треск, воспользовавшись передышкой, внезапно бросился на пего и вцепился ему в горло. Костлявые пальцы сомкнулись на шее Хока, не давая дышать. Замахнуться и нанести удар топором было невозможно. Хок, отбросив топор, схватил Треска за запястья, но тот обладал нечеловеческой силой и не ослабил хватку... В глазах Хока потемнело, кровь застучала в висках.

     Фишер подкралась сзади и ударила Треска мечом по правой руке. Острое лезвие рассекло мышцы, и рука бессильно повисла. Хок, собрав последние силы, оттолкнул Советника от себя. Треск не сдавался. Повернувшись к Изабель, он бросился на нее, но она увернулась и направила свой меч прямо в сердце Советника. Он стоял и спокойно глядел, как сверкающая сталь проникает в его тело. Фишер выдернула меч. Треск упал как подкошенный, будто его держала только эта стальная подпорка, упал навзничь, заливая кровью пол. Несколько секунд он глядел на своих победителей. И вдруг глаза его погасли, дыхание остановилось.

     Хок прислонился к стене, ощупывая шею. Фишер, пнув ногой тело Треска, опустилась на пол проверить, есть ли у него пульс. Пульса не было. Фишер с удовлетворением кивнула и поднялась.

     - Он готов, Хок. Ублюдок мертв.

     - Прекрасно, - ответил он, удивляясь, как хрипло звучит его голос. Последствия оказались тяжелее, чем он предполагал. - Ты в порядке, девочка?

     - Могло быть и хуже, - кивнула Фишер. - Как ты думаешь, Треск вампир?

     - Нет. У него нет зубов. А потом, ты же видела его вчера утром на брифинге.

     - Да, правильно, - согласилась Изабель. - Значит, он только слуга. Но убрать такую тварь не помешает. Для уверенности.

     Изабель вонзила кол Треску в сердце, потом проделала то же самое с телом девочки. Так всегда поступали с вампирами.

     Они вышли из комнаты, закрыв за собой дверь. Хоку показалось, будто воздух в коридоре заметно посвежел. Подняв лампу, прихваченную из соседней комнаты, он внимательно взглянул на вторую дверь.

     - Он находится где-то рядом, - прошептала Фишер.

     Посмотрев на жену, Хок с удивлением заметил в ее руке еще один деревянный кол.

     - Сколько же ты их запасла? - спросил Хок.

     - Три, - спокойно ответила Фишер. - Два мы уже использовали, а третий нам еще может пригодиться. У нас, я думаю, еще возникнут трудности.

     - Ты всегда умеешь приободрить меня в нужную минуту, - улыбнулся Хок.

     Он приоткрыл дверь, прислушался и пинком распахнул ее. Дверь слетела с петель, ударилась о противоположную стену и с грохотом упала на пол. Отзвуки удара еще долго отдавались в тишине дома.

     Хок осторожно вошел в комнату, держа в одной руке топор, а в другой лампу. Комната оказалась почти пустой, не считая тяжелой металлической кровати у противоположной стены. Фишер осторожно выстукивала стены, ища потайные комнаты. Хок стоял в центре и осматривался. Убийца где-то рядом, наверняка рядом. Хок, подойдя к кровати, заглянул под нее. Ничего, кроме пыли и темноты. Он выпрямился и посмотрел на Фишер. Она, кивнув, огляделась вокруг. Хок нахмурился и снова устремил взгляд на кровать. И вдруг его осенило.

     - Изабель, помоги-ка мне.

     Вдвоем они отодвинули кровать от стены, и Хок обнаружил потайную дверь. Он поддел ее лезвием топора и осторожно нажал. Дерево заскрипело, панель медленно отошла в сторону, и они увидели комнату, посередине которой стоял огромный гроб. Хок почувствовал, что во рту у него пересохло. Гроб длиной в семь футов и шириной в три фута был сделан из темно-красного дерева. Какие-то замысловатые рисунки покрывали его стенки и крышку. Такого они в жизни не видывали. Фишер подошла поближе. Лицо ее побледнело.

     - Ну, вперед, - проговорил Хок. - Давай его вытащим.

     Гроб оказался тяжелее, чем они предполагали. Запах стоял ужасный: пахло кровью, смертью и разложением. Хок даже отвернулся, чтобы глотнуть воздуха. Наконец, сантиметр за сантиметром, они сумели вытащить гроб из тайника и стали рассматривать его.

     - Большой, правда? - сказала Фишер.

     - Да уж, - ответил Хок. - Как только я откину крышку, вонзай кол ему в сердце, а я отрублю мертвецу голову. У вампира нет никаких шансов.

     - Договорились, - кивнула Изабель. - Мы с тобой проделали немало грязной работы, но последнее задание, по-моему, самое грязное.

     - Вспомни девочку, - резко произнес Хок. - Ну, начали...

     Они наклонили гроб, крышка открылась, отбросив их в сторону. Вампир сидел, нагло уставившись на них и оскалив в усмешке ужасные зубы. Хок до боли сжал рукоятку топора. Он-то думал, что знает, как выглядят вампиры, но сейчас понял, что ошибался. Существо, сидевшее перед ним, когда-то, возможно, и было живым человеком, но сейчас ничем его не напоминало. Перед ними был труп, давно умерший и похороненный, но приобретший способность покидать могилу. Морщины бороздили впалые щеки с синеватыми пятнами на бледной коже. Глаза - отвратительного желтого цвета, без зрачков и радужки. Длинные седые пряди свисали вокруг лица. Руки мертвеца были неестественно тонки, пальцы напоминали когти. Но самое ужасное ожидало Хока и Фишер впереди. Когда темные одежды вампира распахнулись, они увидели его тело, покрытое могильной плесенью, мхом и лишайниками. Грудь мертвеца не вздымалась - воздух ему не требовался. Запах гниющего мяса стал просто непереносимым.

     Легким бесшумным движением вампир поднялся из гроба. Хок, отвернувшись от его пустых желтых глаз, вдруг осознал, что свет уже не пробивается сквозь щели в ставнях.

     - Мы опоздали! - воскликнул он. - Солнце село... Движения вампира были абсолютно бесшумны. Фишер громко потянула носом.

     - Грязный, вонючий ублюдок, - прошипела она. - Лежишь ты или стоишь - мне без разницы! Приступим, Хок!

    

... ... ...
Продолжение "Хок и Фишер" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 Хок и Фишер
показать все


Анекдот 
Значицца так. Дело было, когда я учился в 9 классе. У нас в классе был парень один, назовем его Вася. Был этот Вася расп#$дяем в полном смысле этого слова. В школе появлялся изредка и то, когда класска радителям позвонит и скажет, что он уроки прогуливает. Это присказка, а сказка вот: Сидим мы на уроке биологии, кто не помнит в 9 классе проходят анатомию. И Вася этот от делать не#$й рассматривает картинки в учебнике, а нарисован там был плод, крепящийся за пуповину к мамкиной плаценте, кто не знает, что такое плацента в справочнике посмотрите J. А пуповина эта расположена где-то в нижней части живота ребеночка. А Вася принял ее своим извращенным взглядом за мужской половой орган, и давай к соседке приставать, типа «Смотри че это у него между ног», соседка: «Пуповина», Вася: «Не, это ХУЙ». И тут бдительная училка услышала так ласкающее сердце русское слово: «ЧТО-о-о!?! Ты что-то сказал или мне послышалось? », Вася: «Я сказал “пуповина”». Тут все и полегли такой хохот поднялся, что на шум прибежала директриса. Спрашивает: «Че это вы ржете, как ненормальные? », а Вася ей: «Да я сказал пуповина, а Мариванне послышалось х#й! ». После этого урок больше не мог продолжаться т. к. училка рыдала от смеха, мы тоже, а Васю директриса увела к себе. Кончилось все благополучно, правда Васе немного попало от родителей. Темыч
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100