Артем Веселый. Мы

    Действующие и участвующие:

    К р е с т ь я н е:

    П р о ш к а -- "Над нами кверх ногами" :

    Т р и ф о н П а л е н ы й, член Совета : Бедняки.

    С а в е л, член Совета :

    К о с т ы ч и х а : Солдатки.

    А г р а ф е н а :

    М а р ь я, жена Прошки.

    К и р с а н Д о б р о с о в е с т н ы й, член Совета :

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч, член Совета :

    В ы г о д а, член Совета : Середняки.

    Я к о в К о л ь ц о в, член Совета :

    С е м е н Ч а с о в н я :

    А г а ф о н -- Бычьи губы, предс. Совета :

    Б е г о м Б о г а т ы й, член Совета : Кулаки.

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч :

    П о п.

    Д ь я к о н.

    П с а л о м щ и к.

    К р у т о я р о в -- помещик.

    Д е с я т н и к.

    Р а б о ч и е и м а с т е р о в ы е:

    И л ю ш к а К а п у с т и н : Молотобойцы.

    Ф е д о р В и х р о в :

    П л а т о н ы ч :

    К р а с и в ы й : Рабочие.

    К у з ь м и ч :

    С т е п а н Е р о ф е и ч : Мастера.

    И в а н О л о в я н о й :

    Р а б о т н и ц ы:

    О л ь г а.

    С т а р у х а.

    М а ш к а Б е л у г а, жена Оловяного.

    П о д р о с т к и:

    П а ш к а Р я б о й -- сапожный подмастерье.

    К у р у н : Ученики.

    А н д р ю ш к а Г о р б ы л ь :

    Р а н е н ы й.

    С л о б о д с к и е о б ы в а т е л и:

    Д о м о в л а д е л е ц.

    З а д у й -- З а п л ю й, инвалид труда.

    А д я -- Б а д я, нищий.

    П р о ш к а, дезертир.

    А к с и н ь я.

    Д а р ь я, жена Красивого.

    Деревенские мужики, бабы и ребятишки. Рабочие и работницы. Красноармейцы разных национальностей. Офицеры и солдаты неприятельской армии. Санитары. Граждане.

    ---------------
КАРТИНА ПЕРВАЯ.

    (Сельская улица концом упирается в речку. Справа -- лицо новой большой избы с крыльцом, вывеска "Лопуховский сельский Совет". Под окнами рыдван без колес, большие запакованные ящики, бревна.

    Гуторят с десяток мужиков.)

    С е м е н. Вот и машины. А то машины, машины...

    Т р и ф о н. Балабонили, как за язык повешены.

    А г а ф о н (из окна десятскому). Лупан, бей другорядь. Ровно задавило чертей.

    (Десятский бьет в чугунную доску. Не торопясь, по одному и кучками сходятся мужики, здоровкаются.)

    С е м е н. За деньги иль как?..

    С а в е л. Купил ба село, да денег-то голо.

    А г р а ф е н а. Болезна... Все мается Марфутка-то?

    К о с т ы ч и х а. Какое -- схоронила вчера.

    В ы г о д а. Не велик убыток. От парнишки какая ни на есть выгода, девка што...

    С е м е н. Лишний рот -- всего в ей и мозгу...

    К о с т ы ч и х а. Все одно жалко... Каждо дите -- нашего бабьего сердца кусок... Вам, мужикам, того не понять.

    А г р а ф е н а. Попробуйте породите -- узнаете...

    С е м е н. Кто-кто, а Костычиха тужить не будет, еще народит -- молодая...

    К о с т ы ч и х а. Нет уж. Родила, родила, да и чадило выбросила чорту на кадило. Будя.

    Г о л о с а: Скоро, што ли?..

    Начинать пора...

    Коего лешего!..

    А г а ф о н (из окна). Счас, счас -- за писарем услал...

    К о с т ы ч и х а. За отпеванье поп не берет деньгами. "Хлеба, слышь, давай". Отнесла останный коровай...

    В ы г о д а. Как хочешь, так и клохчешь...

    К о с т ы ч и х а. А работник попов Митрошка увидал утрось меня на речке да и говорит: "Хлеб-от твой поп поросенку выкинул"...

    А г р а ф е н а. А-а, пес! Зажрался...

    С а в е л. Хотела угодить Богу, да угодила краюшкой-то поповскому поросенку в корыто...

    (Из Совета на крыльцо выходит Агафон.)

    А г а ф о н. Ну, граждане, крестьяне, товарищи, приступим...

    Г о л о с а: Вали, вали!..

    Выкладывай!..

    Послушам!..

    А г а ф о н. Из волости стало быть отношение, тоись нащет хлебной и мясной разверстки...

    Г о л о с а: Эх-хе-хе!..

    Опять за то же!..

    Припасли, наработали!..

    Сукины дети, дармоеды!..

    С мужика дери три шкуры -- обрастет!..

    А г а ф о н. С тридцатки по шешнадцать пудов, а со всего общества, стало быть, восемь тыщ...

    Г о л о с а: По шешнадцать!.. Не мыслино...

    Мужики, хлеб -- от чего ноне был...

    От колосу до колосу не слыхать голосу...

    В долах сопрел, на огорках выгорел...

    У меня сам-сам дай Бог...

    Опять и обмолот неправильный...

    Разбой!..

    Не дадим, да и все тут!..

    Согласу нашего нет...

    Так и писать приговор от общества...

    Нет нашего на то согласу и -- шабаш...

    А г а ф о н. Разобраться надо как и што...

    Г о л о с а: И разбираться нечего...

    Слыхали. Нам дают чего?

    Соли, дегтю, гвоздей!..

    Согласу нашего нет...

    С а в е л. Жметесь, жалко... А раньше господ кормили -- не считали...

    Г о л о с а: Голова, последнее выгребают!..

    Нече сухое сено ворошить...

    Вы по себе, мы по себе...

    Брали-брали!..

    Хлеб-от он раз в год родится...

    К о с т ы ч и х а. А самогонку пошто глохтите?..

    Я к о в. Это ты оставь -- самим животы подвело...

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. В амбарах мыши с голоду дохнут...

    В ы г о д а. Всех кормить -- никакой выгоды нет.

    Я к о в. Много их тут поднаберется жрать-то... Пусть передохнут кои, на всех и земля родить не поспеет.

    А г р а ф е н а. Вон, Климентий жеребца мукой кормит...

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Шкура, на чужой стог вилами не показывай. Свое наживи...

    Т р и ф о н. Наживать нам было неколи... Мы за вас страдали, кровь лили.

    К о с т ы ч и х а. У меня самого семой год нет, сгиб.

    С о л д а т к и: Что им рыланам!..

    У нас почесть ни у кого мужиков в дому нет!..

    Куда не повернись -- одна...

    В мызг уездились...

    Без разгибу, без отверту...

    Ай в них душа, а в нас ветер...

    А г а ф о н. Бабы, прекратите прения -- заткните глотки!..

    П р о ш к а. Д-да... Пришей кобыле хвост!

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч (солдаткам). Вам хошь масло лей на голову, все будете говорить деготь... Свиньи некультурные!

    С а в е л. Вы же сами понимаете, на кого идет ваш хлеб.

    Г о л о с а: Обувай собаку в лапти!..

    Погодьте, отрыгнется вам мужичий хлеб!..

    Нет нашего согласу.

    Выходит дело борона...

    А г а ф о н. Как-жин, граждане, в хлебе отказываем, что ль?.. Стало быть, резолюция нужна...

    Г о л о с а: Никакой ризалюции не надо.

    Ни дадим и -- шабаш!

    За нее, за лизарюцию-то... н-да...

    Сено есть так козы...

    А ежели отряд?

    В колья возьмем...

    Такое дело: иль сена клок, иль в бок.

    Никого не боимся, пока козел ногой не топнет.

    С о л д а т к и: Когда-нибудь нахапаетесь...

    Врете, отдадите да и с нами поделитесь...

    Повытрясут из вас пыль-то...

    Подпорят шкуры...

    А г а ф о н. Бабы, без преньев!

    П р о ш к а (Климентию). Ты сколько огреб! Пятнадцать тридцаток. И помалкивай в тряпочку.

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. В своем гашнике блох считай. Пятнадцать... Что ж такого, один не съем.

    К о с т ы ч и х а. Съесть-не съешь, да за свой хлеб норовишь всю деревню купить.

    С о л д а т к и: Почем ноне хлеб-от?

    Какие наши добытки...

    Ты хлеб ешь, а он тебя...

    Ишь и рыло в сторону воротит...

    Ему и речь твоя противна, как нищему гривна...

    П р о ш к а. Им революция, нет -- ништо.

    Б е г о м Б о г а т ы й. Какой ты, Прошка, человек!.. Ни кола у тебя, ни двора, а туда же: ле-во-рю-ция! Э-э, дурья башка, и совсем это тебе не к лицу...

    Т р и ф о н. Прошу слова.

    Г о л о с а. Будя, слыхали.

    Не на дураков напал.

    Уши прожужжали... Дегтю бы нам, да одежи.

    С а в е л. Поносите Советскую власть: то нехорошо, другое негоже, а кто нас образил, людьми сделал. Кто дал землю, права?!

    А г а ф о н. Не об этом. Об хлебе надо говорить.

    Г о л о с а: Ишь, анахема, куды гнет!

    Земля... Что земля!..

    Слабода, га!

    Земля, земля!

    Треплет языком, что овца хвостом!

    А г а ф о н. Угодно ли собранию, стало быть выслушивать оратора?

    Г о л о с а: Долой!..

    Наслушались, блевать тянет!..

    Об деле надо!..

    С а в е л. Скотина, хлеб -- все наживное.

    Г о л о с а: Как жа, свет в окошки.

    Вилами по воде.

    Ежли разобраться...

    Наше дело потрафлять.

    Не дошагнешь -- плохо, перешагнешь -- плохо.

    Т р и ф о н. Добром не хотите, бить вас будут, а хлеб все-таки возьмут.

    П р о ш к а. Чихать смешаетесь.

    С а в е л. Граждане!..

    Г о л о с а: Бить!..

    Уж не вы ли кой грех?

    За то, что кормим вас...

    Не бить нас надо дураков, а убивать...

    Т р и ф о н. Надо будет, так и мы побьем, по-свойски, по-родновски.

    П р о ш к а. Спуску не дадим.

    С а в е л. Граждане!..

    Г о л о с а. Ах, так!..

    (Скачут на двух телегах Кирсан Добросовестный и Кирилл Трофимыч.)

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Беда, мужики!

    Г о л о с а: А што?..

    Аль не ладно?..

    Какие такие дела?..

    К и р с а н. Ды к што ж... Ездили мы, значит, в город...

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Верно, ездили...

    К и р с а н. Все увозят оттель, комиссары бегут... Выковыриваются, значит...

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Через Суходол, слышь, белы прут, с союзниками, с машинами с эдакими...

    Г о л о с а: О-о-о, брат!

    Ага!

    Помоги им царица небесная!

    Я к о в. Опять мобилизации пойдут.

    С е м е н. Красны с белыми дерутся -- серого по шее бьют...

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Машины, гыт, никакая сила, ни што не держит: ни леса, ни горы. Наскрозь так и идут, так и косют.

    А г а ф о н. Похоже сюда гнут, денька через два, гляди, нагрянут.

    Г о л о с а: А можа и раньше.

    Знамо раньше.

    С машинами-то само собой раньше.

    Оно упять-таки ежли рассудить...

    Чижельше не будет.

    Т р о ф и м. Рано закаркали... Отряд надо сбирать.

    С а в е л. Товарищи!..

    Г о л о с а: Опоздали, други милые!..

    Будя, поизмывались!

    Камуния!!.

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Мужики, счас в горсть плачем, не заплакать бы нам в пригоршню?!.

    (Гвалт.)

    З а н а в е с.
КАРТИНА ВТОРАЯ.

    За занавесом радостный и торжественный колокольный звон. Хор сильных голосов горланит:

    Тебе, Бога, хвалим,

    Тебе, Господа, исповедуем,

    Тебе, предвечного Отца, вся земля величает,

    Тебе вси ангели,

    Тебе небеса и вся силы,

    Тебе херувими и серафими непристанными гласы взывают,

    Свят! свят! свят Господь Бог Саваоф,

    Полны суть небеса и земля величества славы твоея!..

    З а н а в е с п о д н и м а е т с я.

    Та же сельская улица. Во главе шествия двигается кучка празднично разодетых кулаков и кулачишек с блаженно-умиленными сияющими рожами. Несут хоругви, хлеб-соль и царский портрет. За ними по пятам поп с дьячком и псаломщиком "в полной упряжке". Толпа. Полковник со свитой и офицер верхами во главе казачьей сотни.

    Тебе преславный апостольский лик,

    Тебе пророческое хвалебное число,

    Тебе хвалит пресветлое мученическое воинство,

    Тебе по всей вселенной исповедует святая церковь...

    (Подъехав, полковник слезает с коня и подходит под благословление.)

    П о п. Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

    О ф и ц е р. Сотня, стой! Вольно!

    П о п. Велика премудрость Божия... Послал наказание за великие грехи наши, а теперь, видя смирение, шлет избавление.

    П о л к о в н и к. Н-да...

    П о п (идет по рядам казаков и кропит "святой" водой). Да будет благодать Божья на вас, дети мои!

    К и р с а н. Айда-ка, сват, -- без нас обойдется.

    К и р и л л Т р о ф и м ы ч. И то правда.

    (Оба уходят.)

    А г а ф о н (подносит хлеб-соль). Ваш сиясь, как мы и как стало быть вся анперия.

    П о л к о в н и к. Ага. (Казаку.) Возьми.

    К а з а к. Рад ста ва-ва-ва-сто.

    П о л к о в н и к. Коммунисты есть?

    А г а ф о н. Дозвольте ва-ваше доложить...

    П о л к о в н и к. Ты кто?

    А г а ф о н. Приседатель Со-совета.

    П о л к о в н и к (свите). Полсотни горячих!

    К а з а к и ч е р к е с. Рады ста ва-ва-ва.

    А г а ф о н. Дозвольте слово.

    Ч е р к е с. Малчэ, сабака!

    (Агафона уводят.)

    П о п. Согрешишь с ними истинно... А насчет коммунистов не извольте беспокоиться.

    П о л к о в н и к. Д-да.

    П о п. Были у нас тут три разбойника. Один убежал, а двоих...

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. В холодной сидят.

    П о л к о в н и к. Привести.

    В ы г о д а. Э-э-э, х-харашо-с, приставим.

    (Убегает.)

    П о л к о в н и к (офицеру). На Торбино и Репьевку выслать разведку. Выставить караулы. Много не пить. Поняли?

    О ф и ц е р. Слушаю-с.

    П о л к о в н и к. Ступайте. Н-да.

    О ф и ц е р. Сотня, смирно! Лев плеч, вперед, кругом арш!

    (Удаляются.)

    П о л к о в н и к. Ф-фу, жарко. Квасу!

    Г о л о с а: Сее минуту.

    Со всей нашей радостью.

    (Несколько человек шарахаются в стороны, потом возвращаются. За квасом бежит Яков Кольцов.)

    П о п. Может, ко мне чайку откушать зайдете?

    П о л к о в н и к. После.

    П о п. Как угодно-с... Молебен прикажете?

    П о л к о в н и к. После.

    П о п. Ваша воля.

    (Поп, дьякон и псаломщик уходят. Хоругви и царский портрет уносят. Возвращаются казак и черкес.)

    Н е г р о м к и е г о л о с а: Строгий...

    И хвост трубой...

    За то ждали...

    Шутить не любит...

    Одно слово: енерал...

    П о л к о в н и к. Жарко... Подать стол и стул!

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Микешка! Серега!

    (Трое скрываются в Совет. Нерешительно пододвигаются бабы, скачут ребятишки. Из Совета выносят стол, скамейку, стулья. Ставят в холодке, под окнами.)

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч (картузом угодливо трет скамейку). Присядьте, высковоблагородие.

    А г р а ф е н а (бросается полковнику в ноги). Кормилец! Батюшка! Шестеро мал меньша. Муж на войне сгинул.

    Г о л о с а: Гляи, гляи...

    Безбоязна...

    Ох-ох-ох-о...

    П о л к о в н и к. Тебе чего, баба?

    А г р а ф е н а. Хлебца. Ребятишек пожалей.

    П о л к о в н и к. Не торгую. Ха-ха. Проваливай.

    А г р а ф е н а. Мал меньша... Крупельны...

    К а з а к (стегает плетью). Слушай приказу!

    Г о л о с а: Ай, родимые!

    У-у, аспид, креста на те нет...

    Распустил чуб-от...

    К а з а к и ч е р к е с. Бабы, проваливай, без рассужденьев! Убирайся!

    (Бабы и ребятишки отступают. Яков Кольцов приносит квас в большом блюде.)

    П о л к о в н и к. Почему мутный?

    Я к о в. Не сумлевайтесь, блюдо из-под святой воды.

    Г о л о с а: Вот тык вот!..

    Медалей-то скока...

    Сумей и ты заслужи...

    Пуговицы-то как сверькают...

    А усы-то, усы-то, девоньки...

    П о л к о в н и к. Как живете, мужички?

    Г о л о с а: Живем -- онучки жуем...

    Не жись, маята одна...

    Ох, не молвить...

    Поддосок нет, дегтю, соли...

    Коммунисты сказать...

    Мы, гыт, голодны...

    Ни тебе рта разинуть, ни тебе шага шагнуть...

    Как можно...

    С нашими народами...

    Иконы в училище...

    Ежли впрямь...

    Озорство одно...

    П о л к о в н и к. Жидовский гвалт. Ежли что -- молчать! Без крику. Подавайте заявления. По форме. Да.

    Г о л о с а: Тащут...

    Га, га, га!..

    Милачки!..

    (По улице ведут избитых и связанных Прошку и Савела. За ними ревущая Марья с грудным ребенком, за юбку цепляются плачущие детишки. Возвращается поп, одетый по-домашнему.)

    Г о л о с а: А-а!..

    Всю деревню задавили...

    Всем орудывали...

    Грабители!..

    Со свету сживали...

    Б а б ы: Болезные... Как их издудыркали...

    Примут горя гореваньица...

    Не бай, девка...

    Мужики-то как остервенели...

    Марья-то, Марья-то...

    Г о л о с а: Убить их и -- концы в воду...

    Короткий разговор...

    Давно пора...

    П о л к о в н и к. Это и есть коммунисты?

    Г о л о с а: Они самые...

    Убить их...

    П о п. Истинные дьяволы во образе человеков.

    П о л к о в н и к (Прохору). Имя, фамилье!..

    П р о ш к а. Ваша милость, простите.

    П о л к о в н и к. Имя, фамилье!..

    П р о ш к а. Прохор Копейкин.

    М а р ь я. Яви божеску милость... Сдуру он. Заставь Бога молить.

    П о л к о в н и к. Какими делами занимаешься?

    П р о ш к а. Крестьянством.

    Г о л о с а: Грабежом, а не крестьянством.

    Кровопивцы -- голоштанники.

    М а р ь я. Будь отцом родным, прости... По дурости он, не со зла.

    П о л к о в н и к (Марье). Сопли не распускать. Уходи.

    М а р ь я. Люди его самустили... О-о-о!

    К а з а к. Слушай приказу. Провались, пока цела.

    П о л к о в н и к (на Прошку). Как и что и по какой причине... Докладывайте.

    Г о л о с а: Я... У меня...

    Мать перемать...

    Годи: пусть Климентий скажет...

    Ну-ну...

    Начисто надо...

    Писаря бы скликать на час...

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Был у меня хлеб, пудов дваста...

    Г о л о с а: Был, был -- всякий скажет...

    Мою корову-то схряпали, расскажи...

    За Антипку слово замолай...

    Как-жин так, а я-то...

    Стой, Тишка, глотку не дери...

    Дай сказать человеку...

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Нагрянули, они, выгребли до скретинки, да на меня же контрибуцию, да меня же в прорубь макать.

    Г о л о с а: Разя закон...

    А моя корова!

    Чего с него возьмешь -- горсть волос...

    П р о ш к а. Винюсь, ваше благородие... Спустите на первой...

    М а р ь я. Пискуны-то, отец, что я с ними буду делать?

    П р о ш к а. Семья с голоду.

    Г о л о с а: Свой хлеб-от продавали, а наш жрали...

    А теперь чего гнет...

    Попал волк в собачий полк -- лаять не лай, а хвостом виляй...

    П о л к о в н и к. Выпороть и повесить!

    К а з а к и ч е р к е с. Рады стараться, ва-ва-ва.

    М а р ь я. Ваше благо-о-о-о-оооо...

    П р о ш к а. Старики, прошу прощения... Призрите семью.

    (Прошку уводят. Марья с ребятишками за ним. В толпе баб всхлипывания.)

    П о л к о в н и к (Савелу). Ну?

    Г о л о с а: Тоже собака...

    З одного коленкору...

    Давно об нем веревка плачет...

    С а в е л. Вольно брехать -- ваша сила.

    П о л к о в н и к. К-ха. Мерзавец, подбери брюхо.

    С а в е л. Нече мудровать, убивайте скорее.

    П о л к о в н и к. Как стоишь, скотина! Р-раскорячился!

    Г о л о с а: Это, ваше благородие, главарь по всей округе.

    За матку ходил...

    Коновод...

    П о л к о в н и к. В чем виноват, суконное рыло?

    С а в е л. Вся моя вина в том, что бедняк я и за бедноту всегда грудью стою.

    П о л к о в н и к. Пад-лец!

    П о п. Скотина безрогая... Ему хоть плюй в глаза, ваше степенство, утрется -- "Божья роса".

    П о л к о в н и к. Народ грабил по своей воле или по приказу?

    С а в е л. По приказу пустого брюха.

    Г о л о с а: Он свое гнет.

    Черного кобеля не вымоешь до-бела.

    Жулики, сукины дети...

    П о п (Савелу). Вы бедняки зеваете: "Мало да мало"... А того не разумеете, что кто праведен да Богу угоден, тот съест хлебца кусочек, выпьет водицы глоточек и сыт бывает и не ропщет...

    Г о л о с а: Вот как по-писаному...

    Бога забыли...

    Погрязли, можно сказать...

    Э-хе-хе...

    П о п. Кто жаден да завистлив, тот бочку воды выпивает, за-раз быка съедает, а сыт не бывает... Почему такое?

    С а в е л. Брось, батек, в лапоть звонить -- на то колокола есть.

    (Возвращаются казак и черкес.)

    К а з а к. Так что готово, ва-ва-ство.

    П о л к о в н и к (бормочет). Дегенерат. Полная атрофия религиозного и нравственного чувства. Явные признаки вырождения.

    Г о л о с а: Вишь, богохульник...

    Лубочны зенки...

    Ни страха в нем, ни стыда...

    П о л к о в н и к. Выпороть и повесить!

    С а в е л. У-у-у, гады!

    (Савела уводят.)

    П о л к о в н и к. Еще кто?

    Г о л о с а: Окромя, кажись, не объявлялось.

    Ды-к обнакновенно у нас...

    П о л к о в н и к. Не два же человека всю деревню оседлали...

    Г о л о с а: Ежли разобраться...

    Быть знамо были...

    Гришка Осьмушкин...

    Антон Рыжий...

    Антон што, вот Алешка, тот пес.

    Кум?! Ни-ни, воды не замутит...

    П о л к о в н и к. Всех сюда. Для допросу. Буду справедлив. Пусть не боятся.

    Г о л о с а: Они, вашество, не коммунисты.

    В Совет выбирало общество.

    Люди ничего.

    П о л к о в н и к. Разберу. Живо!

    (Часть мужиков уходит. Другие попятились, совещаются. Поп с ними. Полковник один.)

    П о л к о в н и к. Подлецы! Холуи! Мерзавцы! Свиньи! Мужланы! Прохвосты! Канальи! Вахлаки! Хамы! Остолопы!..

    (Возвращается казак.)

    К а з а к. Готово, ваше ва-ва-ва.

    П о л к о в н и к. Повесили?

    К а з а к. Так точно, ваше ва-ва-ва. Выпороли, повесили и выбросили на навозные кучи.

    П о л к о в н и к. Молодцы!

    К а з а к. Рады стараться, ва-а-а-ааа!

    П о л к о в н и к. Хм! Успел выпить?

    К а з а к. Для храбрости, ваше ва-ва-ва...

    П о л к о в н и к (тихо). Э-эм... На ночь приведи ко мне девку.

    К а з а к. Слушаюсь.

    П о л к о в н и к. Талья и формы... Чтобы все на своем месте. Понимаешь?

    К а з а к. Так точно, ваш-во, очень даже понимаю: живой я человек.

    П о л к о в н и к (подходит к мужикам). Помещики у вас были?

    Г о л о с а: Как не быть...

    Нестер Палыч Крутояров...

    На колокол пожертвовал...

    Пекся об нас, благодетель...

    П о л к о в н и к. Н-ну!

    В ы г о д а (указывает за деревню). Вон в энтом лесочке ихняя усадьба стояла.

    П о л к о в н и к. Где же ваш Крутояров?

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Раскуделили... Известно -- темный народ.

    П о п. Своей пользы не разумели.

    С е м е н. Сам убежал. Семью перебили, а управляющего повесили в том самом лесочке.

    В ы г о д а. Усадьбу сожгли. Добро растащили, нитки не оставили.

    Б е г о м Б о г а т ы й. Шутка сказать: восемь деревень громить ходили, скопом.

    П о л к о в н и к. Вы тоже громили?

    К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Что вы, ваше степенство.

    Я к о в. От нашего общества почесть и не ходил никто.

    Б е г о м Б о г а т ы й. Оно из голытьбы-то и шлялись которые, да мы за них не ответчики.

    С е м е н. Лежебоки, штоб их громом расшибло!

    П о л к о в н и к. Ну, а вы? А?

    Г о л о с а: Што вы, ваше величество...

    Слава те Господи... свово добра за глаза...

    Нас, вашество, самих обграбили...

    В раззор разорили...

    К о с т ы ч и х а (полковнику). Горланы-то те, родимый, очки втирают.

    П о л к о в н и к. А? Как?

    Г о л о с а: Поклепы возводишь...

    За такое и под суд можно...

    Втемяшилось, окстись...

    Известно баба... Нече е слухать...

    П о л к о в н и к. Мол-чать! (Костычихе). Что?

    К о с т ы ч и х а. Все хапали, а эти храпоидолы многолошадники так больше всех.

    Г о л о с а: Заткни хайло!

    Она у нас, ваше блао-родие, из таковских...

    С дурцой...

    П о л к о в н и к. Да!..

    К о с т ы ч и х а. И скотину и все добро господское по жребию делили.

    Б е г о м Б о г а т ы й. Митяй, дай ей, суке, по загривку.

    К о с т ы ч и х а. У дяди Клементия меренок-то гнедой чей? Помещика Крутоярова... (Выгоде.) У тебя бычок-от чей? Тоже Крутоярова. (Бегом Богатому.) А тебя, старый чорт, сноха в чьем паплиновом платье форсит...

    (По улице на тройке катит Крутояров. С ним вооруженная стража.)

    Г о л о с а: Сам...

    От на грех нелегкая несет...

    Эх, держись православные...

    (Некоторые сперва сдергивают шапки, потом разбегаются.)

    П о л к о в н и к. Смирно, грабители. Куда... Тревогу!..

    К р у т о я р о в. Честь имею представиться -- Нестер Павлович Крутояров, местный помещик и дворянин.

    П о л к о в н и к. Очень, очень приятно.

    (Трубач играет тревогу. Вылетают казаки.)

    З а н а в е с.
КАРТИНА ТРЕТЬЯ.

    Кузнечный цех. Работа в разгаре. Пышут горны, ляпают стопудовые молоты. Дюкают кувалды. Перекликаются ручники. Из-под крыши свешиваются хоботы кранов. Бойкая и веселая суета.

    У ближнего горна шестеро: Илюшка Вихров, Платоныч, Красивый, Степан Ерофеич и Иван.

    И л ю ш к а. Ге! Дуй! Грей! Давай углей!

    П л а т о н ы ч (подает). Бей, не робей!

    (Илюшка со Степаном Ерофеичем куют. Платоныч держит нагрев. Красивый подправляет. Иван и Вихров покуривают в стороне: смена. Остывший кусок Платоныч сует в горн.)

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Раскатился что-то наш Илюха. Не к добру...

    П л а т о н ы ч. Чадо.

    И в а н. Гвоздь малый.

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Женить нам его надо, -- вишь ржет, как жеребец стоялый.

    И л ю ш к а. Гляди, старик, железо не перегревай, губы не развешивай, вари-давай. Ударю для смеху!

    П л а т о н ы ч (подает). Ори! Ай к спеху?

    (Куют.)

    И в а н. Поешь ты, парень, складно. Да годи -- белые ужо придут, они вас всех прихватят...

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Ладно! Хватит!

    (Доковали. Иван и Вихров сменяют Степана Ерофеича и Илюшку.)

    П л а т о н ы ч. Вчера, чу, заняли Свешной.

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Один конец... Нам все равно.

    К р а с и в ы й. А Советская власть? А профсоюзы?

    И в а н. Болтай языком по пустому пузу... Революция надоела всем давно.

    П л а т о н ы ч. У них, слышь, иропланы да танки.

    И в а н. Мать ее так! А это что за жизня -- хуже жестянки.

    И л ю ш к а. Бросьте гавкать, сучьи ваши рты. Все уши прожужжали.

    П л а т о н ы ч. Что те взорвало? Попала под хвост возжа ли, али оса ужалила?

    И в а н. Тоже: равенство... Воля...

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Нам бы хлеба поболе.

    К р а с и в ы й. Знач, продаете свободу за кашу да за щи?

    В и х р о в. Чего там... Хамкай, не хамкай, и придут, так не будет слаще. Вот поглядь...

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Чаще! Жамкни! Погладь.

    (Ольга и старуха вносят железную полосу и бросают у стены.)

    И в а н. Тетенька, пролила. Миленька, просыпала!

    (Старуха оглядывается под ноги. Кузнецы гогочут.)

    С т а р у х а. У-у, дьяволы... Углей, что ль, обожрались?

    П л а т о н ы ч. Всяко бывает, и у девки муж умират, а у вдовы жив остается.

    И л ю ш к а. Ну, Ольгунька, ходи поживее, гляди веселее, нос кверху, грудь вперед!

    С т а р у х а. Айда, чего с ними!

    И л ю ш к а. Приходи в обед -- дело есть.

    О л ь г а. Ладно.

    (Старуха и Ольга уходят.)

    П л а т о н ы ч (сует Вихрову кулак в бок). Белые придут, так тебя первого повесят.

    В и х р о в. Уйди к чорту! Дам вот в рыло.

    И в а н. Бей без отверту, пока не остыло.

    К р а с и в ы й (Платонычу). А тебе разя праздник?..

    П л а т о н ы ч. Она, слабода-то, кому мед, а кому -- горька редька.

    (Доковали.)

    В и х р о в. Х-хух... В глазах темно... Чортова наша работа... В глотке спеклось, ссохлось... Ну, ни вздохнуть тебе, ни охнуть.

    И в а н. Бойся -- руки отсохнут, брось, не работай, припала забота. С работы-то лошади дохнут.

    В и х р о в. То ли у нас в деревне. Как вспомню да подумаю -- теперь сенокос, я чай, а тут знай кувалдой...

    К р а с и в ы й. Балда.

    В и х р о в. Знай кувалдой маши...

    И л ю ш к а. Машины надо выдумывать: полегчает.

    И в а н. Наше ли дело думать: на то есть ученые.

    К р а с и в ы й. А у нас головы из олова, что ль, то ль карчаги глиняные?..

    И л ю ш к а. Кому и выдумывать, как не нам? Об своем-то деле почище всякого ученого имеем понятие.

    (Гудок.)

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Шабаш. Кто за обедом?

    П л а т о н ы ч. Федькин черед.

    (Вихров, схватив бак, убегает. Остальные умываются и рассаживаются.)

    И л ю ш к а (выводит углем на стене: "Каша", "Соха"). Гляди!

    П л а т о н ы ч. Чо?

    С т е п а н Е р о ф е и ч (читает). Каша. Соха.

    И л ю ш к а. А-ха-ха-ха...

    (Входит Ольга.)

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Чорт, да ты никак писать выучился?

    И л ю ш к а. Просвещаемся. (На Ольгу.) Вместе в школу грамотности ходим.

    П л а т о н ы ч. Куда годишься?

    О л ь г а (Илюшке). Я и Анку смутила, тоже записалась.

    И л ю ш к а. Скоро всех силком учить станут.

    К р а с и в ы й. Это не плохо.

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Чох-мох.

    И в а н. Никогда такого тесненья не было на нашего брата, на рабочего. Ну, там на щет хлеба ли и на щет всего иного прочего.

    К р а с и в ы й. Мы-ста, да мы рабочие. А давно ли ты рабочим стал? До войны трактир держал, и прикусил бы язык покороче.

    И в а н. И совсем не твое это дело.

    О л ь г а (Илюшке). Вчера брательника на фронт угнали... О-хо-хо. Что-то теперь будет!

    И л ю ш к а. Ничего не будет. Белых сюда не допустят.

    К р а с и в ы й (Платонычу). Погоди, старик, и тебя в училищу потащут. Кольцо в губу, на цепь и джа-джа дживала... Ха-ха-ха.

    П л а т о н ы ч. И без ученья век-от прожил, да слава тебе, Господи, сыт был.

    К р а с и в ы й. А таких упрямых в салотопенных котлах будут вываривать.

    О л ь г а (Илюшке). У Сашки Атаманьчика вечерка нынче. Пойдешь?

    И л ю ш к а. А ну их. Опять пляска будет, драка. Надоело. Поедем лучше на лодке покатаемся иль в биескоп сходим.

    С т е п а н Е р о ф е и ч (подходит к ним). О аз, о буки, о престрашные веди... (Читает.) Собака лает. Корова мычит.

    П л а т о н ы ч. Не ученье это, а баловство одно. Всякий дурак знает, что собака не мычит, а корова не лает.

    (Вихров приносит обед. Садятся.)

    И л ю ш к а. Садись с нами.

    О л ь г а. Спасибо, побегу, заждались, должно.

    П л а т о н ы ч. Ну, выученики, когда же меня, старика, на свадьбу позовете! Уж, чай, поди съетажились.

    О л ь г а. Ха-ха... Что ты, дедушка? Ни сном, ни духом.

    П л а т о н ы ч. А-а-а, сорока, сорока... Ни сном, ни духом.

    И л ю ш к а. Да уж погуляем... Куда кривая не чупрыснет.

    (Ольга со смехом убегает.)

    И л ю ш к а (за ней). Погоди.

    П л а т о н ы ч. Пятки мнет... Огонь парень, хоть и с дурью.

    И в а н. Опять вода с водой... С чего тут силе быть?

    В и х р о в. Хворыздай знай.

    П л а т о н ы ч (Илюшке). Садись, алхимандрит, все выхлебали.

    И л ю ш к а. Не будь Советской власти, кто бы нас, чертей чумазых, учить стал?

    С т е п а н Е р о ф е и ч. Учут в обруч прыгать, да по три дня не жрамши быть.

    И л ю ш к а. Где же взять? Разруха.

    К р а с и в ы й. Только бы проложить дорожку: все исправится понемножку.

    И в а н. Исправится из кулька в рогожку.

    И л ю ш к а. Чего разгалделись, как галки? Али соскучились об хозяйской палке?

    В и х р о в. Нече в ступе воду толчи. Нашел -- молчи и потерял -- молчи.


... ... ...
Продолжение "Мы" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком

Прочитаные

Мы

показать все

Анекдот

Папа - это самец мамы.

показать все